Петербург Достоевского

Мусор на улицах больше не греет,
И на ветру прозябает душа.
Настежь окно, и распахнуты двери.
Стынут слова. Ускоряется шаг.

Прочь от беспечных и душных мечтаний
В холод и мрак, в леденеющий дым,
Снова бесцельно бродить, вспоминая
Дождь и созвучия капель живых.

Бренность материи станет слабее,
Если забудешь себя по пути.
Холод и слякоть на серой аллее
И беспредельный туман впереди.

Впрочем, мой друг, не гляди так уныло:
Кончится дождь, и наступит зима.
Выпадет снег на сырые могилы,
Станет дырявей в твоих башмаках.

Спи, ведь во сне тебя голод не мучит,
Боль отступает, и мыслей комок
Больше не душит — смиренная участь
Всех неудачников и чудаков.

Сладким удушьем наполнится воздух.
В светлые праздники встань у окна,
Выйди сквозь стёкла к нечаянным звёздам
В дом, где забвение встретит тебя.

Друг, мы простимся с тобой без печали —
Я пережду мимолётную боль,
Ты — улыбнёшься и тихо растаешь.
В томный апрель я расстанусь с тобой.

 

***

Мне без тебя — одиноко.
Солнце — скатилось впотьмах.
Зиждется болью высокой
Мой несгораемый флаг.

В руки упасть и забыться,
Вылить на плечи свинец…
Но облаков вереницы
Не предвещают конец, —

Вновь не дают отпущенья
Звуки сомнений ночных,
Встречной весны наважденье,
Как обескрыленный гриф…

Значит, опять, без испуга,
В стены, соцветья, слова,
Вновь умирать, но, подумав,
Верить, что всё же — жива,

Верить в тебя, как в спасенье,
Как в нескончаемый миг,
В святость на листьях сирени,
В светлость созвучий живых,

И, не поддавшись сомненью,
Одушевляясь, взлететь!….
Крыльями радужных трелей
Во
всеобъятную
светь!

***

Я сожгла твоё фото.
Не сумела простить.
Острым лезвием кто-то
Разорвал нашу нить.

И слезам не поверил.
И молитвам — не внял.
Крепко заперты двери.
И печален финал.

И былому не сбыться,
Счастья не воскресить.
Похоронена птица,
И греха не отмыть.

Но в вечерних потёмках
Я узнаю твой взгляд.
Время — остро и тонко, —
Ты захочешь назад.

Ведь вчера твои тени
У меня под окном
Что-то нежное пели
И просилися в дом…

Не впущу. Не заплачу.
Но на сердце — светло.
Ты — мой свет и удача,
И святое тепло.

 

***

Как выглядит последнее письмо?
Оно, наверное, чернее ночи,
Острей кинжала и родней всего
Того, что делает тебя на миг короче.

Как выглядит последнее «Прости», —
Последних слёз невыплаканных зелье
В садах, что не успели расцвести
В лугах, что даруют вселенское забвенье?

Что слышит лес, когда его убить
Спешит топор тяжелый лесоруба?
Что слышишь ты, когда не смеешь петь —
Лишь тишиной искусанные губы?

Как ржавчиной изъеденный металл,
Душа сомненьями бездонными изрыта.
И мир, как старое оружие, устал,
И хочет спать. Но совесть бьёт копытом, —

Гнедая лошадь, что волочит этот воз,
Из века в век, ничуть не уставая…
Но дальше нет дороги. Под откос
Летит
Земля.
И лошадь
утопает.

 

Вечернее

В.К.

Обескровленность дней.
Недосказанность фраз.
Покажи мне ветра,
Что не знают о нас,

Объясни мне весну,
Метафизику дна,
И тогда я пойму,
Как забыться без сна!

Под нависшей луной
Мы играем в слова, —
Если ты не со мной,
Почему я жива?

Почему я лечу,
Неизвестно зачем,
Разбивая нависшую
Музыку стен?!

…Но в стихах твоих — ложь,
И под звоном монет
Только скомканный дождь
И продрогший рассвет.

Ты поверил слезам, —
Но иссохнет вода.
И навстречу Богам
Рассмеётся Звезда!