Всё завершилось, навсегда.
Я целовал стекло вагона.
Вагон истлел, но никогда
мне не забыть того перрона…
Тебя угнали, увели,
а ты лгала, а ты юлила…
И  «хризантемы отцвели»,
но как же это было мило:
ты уезжаешь навсегда,
а поцелуй — такой стеклянный,
в обличье поезда — беда,
и я, шатаюсь, словно пьяный.
Три дня страстей, игры, надежды,
и вот — вокзал, стекло, отъезд…
Не я ль сдирал с тебя одежды?!
Безумство, лифт, скамья, подъезд…
Потом ты иногда писала,
а я не мог понять никак:
как будто и не ты сказала,
что всё — ничто, что всё  — пустяк?
И поцелуй через окошко
вагона, что унёс мечты…
И дёгтя чан, и мёда ложка.
И где-то я, и где-то ты.
Я брал билет… Твоё «не надо».
Возврат билета в никуда…
И эта вечная шарада:
что с нами сделалось тогда?
Меня преследует, не скрою,
той дикой авантюры шарм, 
с замысловатою игрою
каких-то очень древних карм.
И почему-то греет это:
прогулка, лето, Озерки.
И неразгаданность секрета,
и теплота твоей руки…

31.03.2017