Город-светлячок

Мой город-светлячок, манящий ночью

Узорами горящих фонарей,

Когда с тобой увидимся воочию?

Я ожидаю столько февралей,

И столько августов хожу по белу свету,

Что стёрла больше сотни башмаков.

А ты мерцаешь только лунным силуэтом

И растворяешься в сугробах облаков.

Нет, ты не Рим, не Будапешт и не Хургада,

Не Анкара, не Прага, не Москва.

Я путешествовать, конечно, очень рада,

Но лишь тебе приберегу слова:

Мой город-светлячок, гори цветами,

Шуми лесами, нежься в солнечных лучах.

И пусть полмира встанет между нами

Тебя подробно вспомню в мелочах…

Как снег ложится хлопьями на крышу,

Летит опавший лист на мостовую.

Весеннюю капель твою услышу

И летний зной взаправду проживу я.

Тогда, быть может, ты назначишь встречу,

Укажешь путь к тени твоих аллей.

Мой город-светлячок, ты — человечен,

И потому на карте не отмечен,

Но для меня не сыщется милей.

 

***

Капли весеннего ливня снимают неспешно

Белое платье с размякшего тела земли.

В свежих проталинах лужи блестят безмятежно,

В поле разлиты на тропках ручьи-кисели.

 

Значит, пробьётся сквозь тучи, срывая завесу

Зимнего сплина, жаркий оранжевый круг.

Первая зелень украсит весну как принцессу,

Новые встречи излечат печали недуг.

 

Станут закаты лениво растягивать время:

Больше свершений и больше улыбок вокруг.

Сбросит погода своё непосильное бремя,

Станет теплее и ярче воскресный досуг.

 

Почва окрепнет, оденется в ярко-зелёный,

Пахнущий клевером, полупрозрачный наряд…

…Так из холодных невест получаются жёны,

Так из зимы прорывается лета заряд.

 

***

Осколки снов я в косу заплету,

Поранив пальцы бликами былого.

Я не нашла — взамен тебя — другого…

Под переплёт стихов загнав мечту,

Я привыкаю слышать «просто друг»

И руку подавать тебе при встрече.

Мой поцелуй порывистый под вечер

Несёт в себе не трепет, а испуг,

Что ты не улыбнёшься мне в ответ,

Остыв как солнце бледною зимою.

Но в доме, окружённом полутьмою,

Ты оставляешь мне в окошке свет.

 

***

Колёса поезда отсчитывают время —

Короткое, тревожное, моё.

На целых две недели скину бремя

Чужих проблем. И в солнечный проём

Окна ворвётся жданная свобода.

Учусь беспечности у юного цветка:

Отпущена ему шестая доля года,

Но это — жизнь, достойная рывка.

И он цветёт, прижавшись к рельсу стеблем,

Спасаясь чудом от седых колёс,

Другой судьбы — спокойной — не приемля.

Он мне дороже парниковых роз.

 

«Всё кажется, что ты стоишь в окне…»

Моей бабушке Галине Ивановне Архипцевой

Всё кажется, что ты стоишь в окне

И крестишь нас в дорогу: «С Богом, дети!»

Усопшие с живыми наравне

За все свои деяния в ответе.

 

И нынче мне крестить тебя в дорогу —

В последний путь по матушке-Земле.

Оставшись, привыкаешь понемногу

Плыть дальше на подбитом корабле.

 

А память теребит ночами душу:

Как мало проявляла я любви!

Слезами пробивается наружу

Тоска, перебродившая в крови.

 

На улицу иду — смотрю в окно.

И хочется кричать: «Родная, где ты?»

Я верю — смерти нет. Но всё равно

Срываю по дороге горицветы.